Как убивали и убивают русскость в русских

Прежде, чем излагать свои мысли по данной проблеме, полагаю целесообразным указать какой смысл вкладываю в то или иное понятие. В последнее время Институтом русской мысли в научный оборот введено понятия русскость и русскомыслие.

Под русскостью  понимается «триединый сплав русского вселенского мировоззрения, великого и могучего русского языка и русскомыслящего многонационального державного народа, ответственного за содержание огромного евразийского пространства и считающего смыслом своей жизни жить по правде, поступать по совести, отстаивать справедливость и творить добро, т. е. жить в ладу с природой и человеческим сообществом в едином Космосе по законам Вселенной и сдерживать рвущееся в мир сатанинское зло от распространения и господства».

Вот против всего этого много веков борется коллективный Запад или латиняне: романо-германцы, англосаксы и примкнувшие к ним западные славяне. О многочисленных вооружённых походах латинян против русских общеизвестно, все они заканчивались поражением незваных гостей и их позорным бегством с просторов Древней Руси, имперской России и Советского Союза.

 Но всё это время между Западом (ныне ПостЗападом) и Русским миром идёт жестокая мировоззренческая война, которая в наше время резко обострилась. Причём с русским мировоззрением (русскостью) идёт борьба не только извне, но и внутри Русского мира. А это очень опасно. «Дом, разделившийся сам в себе, не устоит», — сказано много веков назад в Евангелие от Матфея (глава 12, стих 25) и многажды подтверждённое историей.

«И только твёрже выходила из огня// Суровая, доверчивая Русь», — как писал замечательный русский советский поэт Владимир Харитонов. Выйдет и на этот раз из этого западномыслящего «демократического» безвременья. Потому что, перефразируя заключительную строку стихотворения, можно сказать: «В ней всегда было большинство тех, кто без неё не мог обойтись». Они навеки умом и сердцем прочно связаны с Россией, её народом, её историей, её природой.

Борьба между Западом и Востоком в Европе шла с античных времён. С возникновением христианства она приобрела религиозную окраску. Непримиримой она стала на почве Великого разделения или как ещё называют Великого раскола, или Великой схизмы в 1054 году, когда Христианство официально разделилось на римско-католическую и православную церкви. Но истиной причиной всегда было стремление католиков владеть всем миром вообще, и завладеть обильными природными ресурсами Русской равнины до Урала, в частности. История всё это подтвердила. Во многом им это удалось.

Люди моего поколения помнят, что в средине ХХ века на политической карте мира 1/6 часть суши — СССР была закрашена красным цветом, остальная часть за небольшим исключением зелёным — Великобритания, светло-лиловым – Франция со своими владениями. Сегодня же на многие бывшие колонии накинута экономическая удавка Запада, после временного поражения социализма она висит и на шее России.

Но истоки их разделения уходят в глубокую древность. Ещё древнегреческие философы: Анаксагор, Аристотель, Платон, Сократ установили, что в Европе существует два типа человеческого общества – коллективистский и индивидуалистический, которые имеют существенное, зачастую противоположное бытие. Профессор Н.М. Чуринов показал, что их обособление произошло в ключе их диалектического тождества и различия ввиду особенностей климатических, географических, этнических и других условий жизни людей.

 К сожалению, советские обществоведы в отличие от естественников не обращали на это внимание. На лекции в курсе палеонтологии доцент Р.Л. Мерклин обращал наше внимание, что природные условия имеют огромное значение на развитие человека как биологического вида, так и социальное его развитие.

 Это видели ещё древнегреческие философы. Изучение условий жизни в Европе показало им, что её Запад имеет более благоприятные условия для воспроизводства общественной жизни человека. Поэтому здесь человек мог легче присваивать продукты природы для своего воспроизводства, и мог выживать в одиночку, семьёй. Это послужило основанием для формирования индивидуалистического типа общества.

Со всем иные условия были в пределах Русской равнины и смежных с нею территорий. Постараюсь показать это на примере нынешней нашей жизни.

Когда в годы перестройки наши асфальтовые аграрии вроде Черниченко (не к добру упомянут будет) ратовали за фермерский путь развития сельского хозяйства, вряд ли они не ведали, что «… у западноевропейского крестьянина на 50-100% больше времени на полевые работы» (…)  а «российская география не благоприятствует единоличному земледелию… климат располагает к коллективному ведению хозяйства» (Ричард Пайпс).  Ведали и врали.

Проницательный читатель скажет, что Россия вновь продаёт зерно за рубеж. Да, продаёт, но в стране почти ликвидировано животноводство, крупный потребитель зерна. «Дорогие же россияне» давятся хлебом без вкуса и запаха и лишь старики вспоминают изумительный вкус и опьяняющий запах русского хлеба времён социализма.

То же можно сказать и о горе-экономистах, рыночниках, вопивших о высокой материалоёмкости и энергоёмкости социалистического производства в сравнении с западной экономикой, как будто они не знали, что на Западе Европы среднемесячная температура января положительная, а в СССР она от — 6 градусов и ниже. Тоже знали и врали. Как те, так и другие были ослеплены фальшивым блеском Запада, не замечая его нищеты и наносили большой ущерб традиционному русскому мировоззрению.

И если советский народ при общенародной собственности на средства производства, следуя законам коллективистского способа воспроизводства общественной жизни (ВОЖ), обеспечил выход СССР на второе место в мире и возможность первыми проложить дорогу в космос, то российские либералы, заставив жить народ по законам индивидуалистического  способа ВОЖ и частной собственности, встав на рельсы рыночной экономики опустили Россию в преисподнюю.

А ведь ещё в античном мире наши пращуры формировали здесь коллективистский тип общества, и он многовековой историей доказал свою жизнестойкость без всяких завоеваний и грабежа захваченных территорий в отличие от стран с индивидуалистическим обществом. Уверен, что потомки не раз вспомнят гневным неласковым словом всех этих горе-реформаторов.

Но вернёмся в глубь веков. До нашествия татаро-монгол Древняя Русь жила по законам коллективистского общества и процветала. Вот какой она предстаёт нам в «Слове о погибели Русской земли после смерти великого князя Ярослава» в переводе Л. А. Дмитриева:

«О, светло светлая и прекрасно украшенная, земля Русская! Многими красотами прославлена ты: озерами многими славишься, реками и источниками местночтимыми, горами, крутыми холмами, высокими дубравами, чистыми полями, дивными зверями, разнообразными птицами, бесчисленными городами великими, селениями славными, садами монастырскими, храмами Божьими и князьями грозными, боярами честными, вельможами многими. Всем ты преисполнена, земля Русская, о правоверная вера христианская».

(Несколько смущает почему пращур называет христианскую веру ПРАВОВЕРНОЙ, а не ПРАВОСЛАВНОЙ. Думается, здесь кроется тайна великая и заложен глубокий смысл: ведь правильно славить совсем не означает правильно верить).

Почему же в средине XIII века Русь была погружена во мглу татаро-монгольского ига?  Богатства Руси не давали покоя алчному индивидуалистическому Западу.

 По началу он мирным путём попытался завладеть умами киевских славян. Митрополит Ленинградский и Ладожский Иоанн отмечал, что с этой целью ещё в 961 году в Киев прибыл римский епископ Адальберт. По одним источникам якобы он был приглашён равноапостольной княгиней Ольгой, по другим – латиняне приехали сами, не желая упустить Русь из области своего влияния. Однако уже в следующем году они были вынуждены убраться восвояси, так как слывшая мудростью Ольга быстро поняла истинные намерения латинян.

Но они не теряли надежды завладеть Киевской Русью. Во времена женитьбы Владимира с византийской царевной Анной в Киев вновь прибыло папское посольство.  Польский и чешский короли пытались склонить Владимира принять западное христианство. Однако Владимир выбрал византийское восточное христианство – православную веру и она надолго стала надёжной скрепой и нравственно-политической силой русского народа, определивших дальнейшую судьбу Русской земли, жить по законам коллективистского способа ВОЖ. Потому что как впоследствии указывал владыка Иоанн: «Православность — непременное качество всего русского в его историческом развитии. Понятия “русский” и “православный” слились воедино».

Смириться с этим латиняне не могли и продолжали плести сети. В 1013 году во время свадьбы Святополка (прозванного позже Окаянным) с дочерью польского короля Болеслава Ι епископ Рейнберн настроил князя против его отца, Владимира I Святославича. Тот всех троих посадил в темницу, в ответ Болеслав Ι двинулся на Русь с большим войском. Брани не состоялось, так как Владимир освободил своего сына и его жену из темницы.

Вскоре Владимир умер и в борьбе за киевскую власть Святополк лишил жизни братьев Бориса и Глеба, за что был разбит сводным братом Ярославом I Владимировичем (Мудрым). После поражения Святополк бежал в Польшу.

В 1018 году Запад предпринимает первое мощное нападение на Киевскую Русь. Это польско-венгерско-немецкое (саксонское) нашествие Болеслава Великого с целью будто бы посадить на киевский престол своего зятя Святополка (Окаянного). Навстречу ему выступили киевляне под руководством Ярослава Мудрого, но в результате стремительной атаки Болеслава были разбиты. Ярослав бежал в Новгород, Святополк вошёл в Киев.

Болеслав не допустил к власти Святополка, не для этого он шёл воевать, а стал насаждать по всем городам польскую власть. Святополк, возмущённый коварством тестя, приказал своим сторонникам избивать поляков. Киевляне восстали, Болеслав бежал, захватив княжескую казну, всех сестёр Ярослава и увёл тысячи киевлян в рабство, а также удержал за собой червенские города.

После официального Великого разделения отцы римско-католической церкви не могли смириться, что с ними рядом живут люди по другому образу жизни и живут в общем-то неплохо, используя богатые природные ресурсы.

И уже в 1080 году папа Климент III обращается к русским князьям c предложением «соединиться» с Римом, но князья ещё помнили урок Болеслава Великого. Тогда в 1147 году папа Евгений III благословил первый крестовый поход германцев против славян.

 В 1204 году, когда латинянам удалось разгромить и разграбить Константинополь, папа Иннокентий III присылает к князю Роману Галицкому торжественное посольство с предложениями королевского венца и военной помощи за отказ от православия. Знаменитейший из тогдашних русских князей, Роман Галицкий, по выражению летописца соединивший в себе «мудрость Соломонову, дерзость львиную, быстроту орлиную, ревность Мономахову», обнажив перед послами меч, спросил: «Такой ли меч у папы? Доколе ношу его при бедре, не нуждаюсь в чужом мече, по примеру дедов моих, возвеличивших землю Русскую». (Митрополит Иоанн).

Но Ватикан не успокаивается, всеми силами старается утвердить католичество и своё влияние на Руси. Папы в своих посланиях грозно предписывают рыцарям «присоединить Русь к римской церкви». «В 1207 году папа Иннокентий III в послании к народу и князьям писал, что он «не может подавить в себе отеческих чувств к ним и зовёт их к себе» (Митрополит Иоанн). Однако русские князья оставили «отеческие чувства» Ватикана без ответа.

Но на исходе первой четверти XIII века войска южнорусских князей потерпели сокрушительное поражение в битве на реке Калка с татаро-монголами Чингизхана. А вскоре на Земле Русской  начались трагические события, о которых современный историк М. Хитров (1992) задаётся вопросом: «В самом деле – какая сила возбудила азиатских дикарей в XIII веке и двинула их из глубины Азии на наше Отечество в то самое время, когда  и Запад, собравшись с силами и придвинувшись к нашим границам, грозно ополчился на нас со светским и духовным оружием?». 

Судите сами. Известно, что одним из советников хана Батыя был рыцарь Святой Марии Альфред фон Штумпенхаузен. В 1237 году папа Григорий IX велел возвестить крестовый поход против русских «схизматиков». А в конце 1237 года (не правда, странное совпадение) Батый напал на Северо-Восточную Русь и к весне 1238 года, разорив её и не дойдя 100 километров до Новгорода, вернулся в приволжские степи. В 1239 году обрушился на Южную Русь. За два года он разорил южнорусские города. Русь была повержена окончательно. Но в пределы католического Запада Батый не пошёл и сомневаюсь, лишь потому что его войска были измотаны в боях с русичами. Да их русичи серьёзно потрепали. А может быть не пошёл на латинян, что сработал, как говорят сегодня, договорняк.

В 1240 году, когда Батый добивал южнорусские княжества, шведский король, исполняя призыв римского первосвященника, отправил на Новгород многочисленное войско под командованием своего зятя – ярла Биргера. Но молодой князь Александр, впоследствии названный Невским, с малой дружиной, проявив военную смекалку, разгромил завоевателей. В том же году наследники орденов меченосцев и Тевтонского – немецкие рыцари Ливонского ордена изменой взяли и разграбили Псков. Но и их постигла судьба шведского войска. Они также были разгромлены русским войском под началом Александра Невского. Потерпев поражение в Пскове, в 1242 году на Русь двинулись главные силы Ливонского ордена, подкреплённые датскими крестоносцами и др. В результате Ледового побоища они были разгромлены на Чудском озере воинами Александра Невского.

Александр Невский также наметил основы добрососедских отношений во внешней политике русичей, которые не потеряли своей ценности и в наши дни. К сожалению, во времена, когда канцлером в России был Нессельроде, а министерство иностранных дел возглавляли Шеварднадзе и Козырев внешняя политика велась в ущерб интересам Отечества, унижалась русскость народа.

Но вновь посмотрим в историю. Римские первосвященники не хотели смириться с мыслью отказаться от порабощения Руси. Раз не получается овладеть её силой, значить надо попытаться обольстить её хитростью и ложью. С этой целью в 1251 год папа Иннокентий IV прислал к Александру Невскому двух кардиналов — Гальда и Гемонта. По поручению папы они убеждали Невского принять католичество, якобы отцу только смерть помешала сделать это, обещали всякие выгоды, а также предлагали в помощь для борьбы с татарами прислать рыцарей, которых Александр неоднократно бил. Но Александр Невский был непреклонен и заявил папским посланцам: «…от вас учения не приемлем и словес ваших не слушаем» и тем самым сохранил русскость Новгородской и Псковской Руси.

А вот Даниил Романович, князь великий, владевший Русской землёй – Киевом, Волынью, Галичем, вступил в переговоры с папою Иннокентием IV о соединении церквей, надеясь получить от него защиту от татаро-монголов. Папа короновал его  титулом Галицкого короля, но помощи Запад никакой не оказал. А вскоре после смерти Даниила Романовича вся его отчина была расхищена соседями латинянами. Восточной частью Южной Руси завладели литовцы, западною – поляки.

Вероотступничество Даниила Романовича привело к нарушению целостности древнерусской народности, так как «Южная Русь, — писал Митрополит Ленинградский и Ладожский Иоанн, — на многие века была оторвана от русской жизни, подвергаясь нескончаемому иноверческому насилию, выбиваясь из-под его гнёта долгими кровавыми усилиями…».

Горькие плоды вероотступничества Даниила Романовича Древняя Русь, Имперская Россия, Советский Союз испытывали постоянно, но в наше время вскормленные Западом бандеро-фашисты объявили войну русским в Донбассе, которая переросла в войну ПостЗапада с Россией на уничтожение Русского мира. Очень жаль, что многие наши соотечественники не только не понимают этого, но ещё защитников русскости, русскомыслия обвиняют в национализме и шовинизме. Троцкисты могут спокойно стоять в сторонке, ведь в социальном авангарде левой оппозиции есть люди, для которых русскость страшнее ладана для чёрта.

Опять вернёмся в седую древность. Более 260 лет Русь томилась под татаро-монгольским игом. Великая смута охватила головы русских людей, чему способствовали происки посланников Запада. Но древнерусские православные философы выработали теорию борьбы за сохранение русского национального самосознания, сохранили русскость в народе: духовную культуру, язык и образ жизни, характерные для него и вселили в русских людей дух на сокрушение захватчиков.

Основы этой теории детально изучил красноярский профессор Н.М. Чуринов и изложил в главе «Русский проект» в книге «Совершенство и свобода». Пишущий сии строки опубликовал рефераты отдельных разделов этой главы на сайтах Русского Лада и «Москва-город Солнца», а также в книге «Люди русские, проснитесь» (размещена в библиотеке сайта https://rus-lad.ru/).

Конечно, в трудах древнерусских православных философов обсуждались религиозные проблемы, но они не обходили и светские вопросы. В их проповедях воспевались «чистота духа, презрение к ханжеству и игре, самоотверженность в труде и бою, искренность и правдолюбие, полнота духовной жизни, бескорыстие, скромность в притязаниях на материальные блага» (Н.М. Чуринов). Важно в них то, что они разрабатывали русскую идею как идею соборности, выдвинули положения о социальном авангарде общества, о власти лучших людей, о единстве и гармонии духовной и светской власти.

К сожалению, их труды, как и их имена, после смерти И.В. Сталина были преданы забвению. Помниться, что на уроках истории говорили о Куликовской битве и Дмитрии Донском, но почему-то не упоминался Сергий Радонежский, благословивший русскую рать на борьбу с полчищами Мамая, а вот о том, что в его войске были генуэзцы то же ни слова, нельзя порочить западноевропейцев…

В курсе философии и в институте, и в ВПШа говорили о западноевропейских философах от Фомы Аквинского до Гегеля и Фейербаха, экономических теориях от Адама Смита и Давида Риккардо до Джона Кейнса, об утопическом французском социализме.  Бурно критиковали их учения, не читая ни одной из их работ. Но хоть имена были на слуху и создавалось впечатление, что общественная мысль на Западе работала, а на Руси было «сонное царство», беспросветная мгла в познании общества и природы.

 Получая техническое высшее образование, мы ничего не узнавали о философских взглядах древнерусских православных философов, Феофана Прокоповича, А.Н. Радищева, М.В. Ломоносова, славянофилов, об экономической теории и учении о народосоветии И.Т. Посошкова, о гениальной теории перехода биосферы в ноосферу В.И. Вернадского. Нас упорно подталкивали повторять зады западной общественной мысли, забывая, что свет в Космосе приходит с Востока.  Но «свет во тьме светит, и тьма не объяла его» (Евангелие от Иоанна, гл. 1 ст. 5). И свет к нам приходит в познании русской общественной мысли и возрождении национального самосознания.

История русского народа знает много попыток Запада «онемечить Русь» (Н.М. Языков). Всех их не перечесть, но она всегда сбрасывала западное умственное иго.

Наиболее загадочным явлением русского средневековья является так называемая «ересь жидовствующих» в конце ХV – XVI веков в Новгороде и Москве. Советские историки отвергали наименование «жидовствующие». Но оно возникло с приехавшим в 1471 году в Новгород из Литвы «жидовина Схарии», по мнению некоторых историков, исповедовавшим кабалистику. Ересь проникла в Москву, даже к Великому князю Ивану III.

Митрополит Ленинградский и Ладожский Иоанн, однако, не без основания признавал влияние иудаизма и заявлял: «Ересь жидовствующих не была «обычной» ересью. Она больше напоминала идеологию государственного разрушения, заговора, имевшего целью изменить само мироощущение русского народа и формы его общественного бытия». Он указывает, что «еретики тщательно выбирали кандидатуры для вербовки в среде высшего духовенства и административных структур». (…) «приверженцам ереси предписывали «держать жидовство тайно, явно же христианство». (…) «показное благочестие стало причиной возвышения многих из них.

Таким образом, внешняя деятельность еретиков была направлена на внедрение в аппарат властей — светской и духовной, имея конечной целью контроль над их действиями и решающее влияние на них. Проще сказать, целью еретиков в области политической являлся захват власти». Думается, что в этом с ним можно согласиться.

Ересь была покорена усилиями русских православных философов Иосифа Волоцкого и его единомышленников. Русский народ продолжил восходящую историю своим самобытным путём, сохранив все свои нравственные ценности.

Но в самом начале XVII века на Руси разыгралась страшная трагедия, практически временно почти лишившаяся её суверенитета. В истории она получила название «Смутное время» и ныне трактуется, как сложнейшее переплетение разнообразных противоречий — сословных и национальных, внутриклассовых и межклассовых. Однако, ещё Н. И. Костомаров обратил внимание на роль католической церкви, иезуитов и магнатов Речи Посполитой в разжигании всех противоречий с целью захватить себе Русские земли. И он был не далёк от истины.

В Смутное время по Руси широко прокатились волнения простолюдинов, окраинных дворян и служилых людей за улучшение социально-экономических условий бытия в составе родной страны. Не случайно с подачи М.В. Нечкиной советские историки смутное время представляли как крестьянскую войну, оно таковым и было, с одной стороны. Но с другой стороны, латиняне не могли устоять перед возможностью поживиться Русской землёй и привести русских людей в лоно католической веры и с этими целями пришли на Русь.

 А теперь давайте вспомним слова Людвига Фейербаха: «В дворцах мыслят иначе, чем в хижинах». Дворцовая же московская знать – Филарет (Романов), кн. Трубецкие, Салтыковы Годуновы и др., думала о том, как бы сохранить свои привилегии и богатства, и под предлогом необходимости наведения порядка, пыталась задружить с поляками, сначала с «Тушинским вором», а затем с королём Польши Сигизмундом III. Хотя вряд ли они не ведали о печальном опыте Даниила Романовича, принявшего от латинян титул Галицкого короля и трагической потере русского суверенитета его землями.

 Они начали вести переговоры с Сигизмундом III, согласились на избрание его сына Владислава царём и присягнули ему на верность. Среди присягнувших был и будущий царь Михаил. После присяги бояр польские войска оккупировали Москву. Чего и следовало ожидать с самого начала переговоров. Но бояре продолжали переговоры с королём и даже заключили, как считали дореволюционные историки, «национальный и консервативный договор», в котором поляки обещали сохранить их религию, обычаи и нравы.

Впрочем, вскоре они прозрели, когда король Сигизмунд III предложил оказать испрашиваемую ими военную помощь против самозванца и наведение порядка в обмен на присоединение к Польско-литовскому государству.

 В то же время патриарх Гермоген осознал, что иностранная интервенция ведёт к полному уничтожению государства и во второй половине декабря 1610 года начал рассылать по городам грамоты с призывом к народу объединиться на борьбу с захватчиками. Грамоты рассылались открыто и Гермоген поплатился заточением.

Но, как указывается в словаре Брокгауза и Ефрона он «своими грамотами влил одушевление в сердца русских. Центром движения стал Нижний. Во главе хозяйственной организации был поставлен Минин, а власть над войском вручена была кн. Пожарскому». Обращение к духовным истокам русского народа позволило ему понять угрозу полного уничтожения государства иностранной интервенцией, сплотиться вокруг православной веры и преодолеть Смуту, сохранив свои национальные и духовные ценности.

В средине XVII века русский народ постигло ещё одно тяжкое испытание, когда в результате церковной реформы Никона была утрачена связь времён. Читатель, никогда не пытался задуматься, почему между древнерусской художественной литературой и литературой XVIII века есть только устные народные песни (впрочем, не исключено, что, возможно, пишущий сие недостаточно осведомлён)? Но всё же выскажу предположение, а не погибли ли они в Великой Книжной Гари, бушевавшей на Руси в годы церковных реформ Никона, когда по его распоряжению сжигались оригинальные документы, летописи, рукописи, книги, стиралась память русского народа.

Выскажу ещё одно предположение, а не с этого ли времени на Руси русскость в русских стали убивать русские? Не с этого ли времени пошла русофобия правящих слоёв Росси. Ведь известно, что подготовкой реформы занималась Киево — Могилянская духовная академия, в которой господствовал польский дух, а ректором её был ярый приверженец польской культуры Пётр Могила. (С 1362 года Киев входил в состав Великого княжества Литовского, а с1569 по 1686 – в состав Речи Посполитой).

Время для реформы было выбрано не случайно. Как указывается в словаре Брокгауза и Ефрона: «Появление Раскола совпадает с полной отменой земских прав, завершённой окончательным закреплением крестьян при Алексее Михайловиче».

Интересы светской и духовной власти вначале совпали. В первом издании Большой советской энциклопедии говорилось: «Усилившемуся самодержавию для еще большего укрепления и закабаления трудящихся масс нужна была централизованная церковь». Однако, как указывалось там же, Никоном была «разработана теория, что священство выше царства, «елико земли небо», что светская власть не вправе вмешиваться в дела церкви», и «проповедуя «теорию двух мечей» — мирского и духовного, которые должны совместно главенствовать над всем и управлять,  он отдавал преимущество мечу духовному». Таким образом с одной стороны, он разрушал гармонию светской и духовной властей, чем всегда была крепка русская государственность, а с другой стороны пытался внедрить западную схему взаимоотношения государства с религией.

Усиление самодержавно-крепостнической власти и централизация церкви вызвали недовольство различных слоев населения, прежде всего, крепостного крестьянства и посадских людей, а также часть придворной знати и высшего духовенства. В результате возникло движение, получившее название раскол. Причём, раскольниками назвали защитников «старой веры», коих по данным профессора А.В. Пыжикова было миллионы, хотя на самом деле раскольниками были никониане. Что ж это в обычаях всех западников, свою вину приписывать оппоненту.

Думается, нужно согласиться с профессором Казанской духовной академии А. П. Щаповым что раскол представлял «с самого появления не религиозно-обрядовый, мнимо-старообрядческий характер, но, главным образом, религиозно-демократический», (…) «с 1666 года, принял характер народно-демократической оппозиции против преобразования России в европейское государство, против нового европейского устройства и направления внутренней жизни России» (Словарь Брокгауза и Ефрона).

Власть и церковь насаждало «новую меру» жестокими карательными мерами, чем вызвала широкие антифеодальные выступления, в третьем издании Большой советской энциклопедии, в качестве таковых указываются Соловецкое восстание 1668-76г.г., Крестьянская война под предводительством С. Т. Разина 1670—71г.г., Московское восстание 1682 г. И в последующем приверженцы «старой веры» активно участвовали в борьбе в антифеодальных крестьянских выступлениях (Пугачёвщина). Староверы подготовили также щедрую почву в виде двух русских революций (А.В. Пыжиков).

 Правительственные комиссии в конце 1840-х годов установили, что миллионы русских людей не считали себя приверженцами официальной церкви и крайне враждебно относились к действующей власти, пишет Пыжиков. Целые губернии были охвачены раскольничьей фрондой. Существовали бесчисленные сёла, контролировавшиеся представителями старообрядческого движения… «Право, Россия скоро разделится на две половины: православие будет на стороне Казны, Правительства… а все прочие обратятся к расколу», — писал молодой славянофил Иван Аксаков, участник одной из комиссий.

Вот такие итоги насильственного перенесения элементов западного индивидуалистического мировоззрения на русское бытие и их можно рассматривать как борьбу с русскостью. И очевидно можно согласиться с А.В. Пыжиковым, что Церковь должна покаяться за 200-летнюю роль гонителя и вдохновителя репрессий против коренного населения Российской империи. Он считает, что нынешняя «Церковь, которая именует себя русской, на самом деле является детищем XVII века. Именно тогда при поддержке династии Романовых была захвачена старая русская Церковь». Что ж, возможно, он и прав.

С восшествием на престол Петра I западнизация русского народа усилилась, хотя именно со времён его правления, по мнению А.И. Субетто, началась эпоха Великого Русского Возрождения. Более того он ещё выделяет в ней первый цикл, назвав его петровско-ломоносовским. Что ж с Субетто можно и нужно согласиться. Действительно под руководством Петра I в России начала бурно развиваться промышленность, морское и военное дело, и наука.

Но не надо забывать, что за время его правления население России сократилось на одну треть. С его подачи в Россию хлынула «немчура», которая до Великого Октября была законодателем мод в общественной жизни, насаждая свои западноевропейские ценности, устанавливая внутреннее иноземное иго русскому народу, убивая в нём русскость. Интересно замечание секретаря французского посольства Клода Рюльера: «Все государственные части, чины и должности находились тогда в руках знаменитых иноземцев, которых Пётр I избирал во время путешествий». И уж в сохранении национальных интересов русского народа, как чуждым им, они не заботились.

Тогда же был нанесён ещё один удар по исторической памяти русского народа. По указу Петра I из монастырей под предлогом создания музея истории русской культуры были изъяты древние манускрипты, большинство из которых иностранным окружением монарха были уничтожены, продолжалась Великая Книжная Гарь, или вывезены за границу. В то же время возникла норманнская теория происхождения древнерусского государства, проповедавшая отсталость славян и невозможность ими создать самостоятельно государство. Она была справедливо раскритикована М.В. Ломоносовым.

Дальше больше, был период «бироновщины», ставшей символом иностранного влияния на государство и засилья «западных специалистов» при дворе.  После Петра I из всех последующих императоров и императриц лишь Анна Иоановна была чистокровно русская, но как страшно далека от русских традиций и нравственных ценностей. Русские цари, начиная с Петра III были немецкого происхождения и уж им до сохранения в русском народе национального самосознания никакого дела не было.

В XIX веке внешнюю политику России длительное время вёл Нессельроде, далеко не всегда стоявший на страже национальных интересов России, да и внутренними делами зачастую заправляли иностранцы.  Неслучайно, что социальный авангард российского общества изъяснялся по-французски и преклонялся перед западной культурой. Это о них И.В. Сталин писал: «Они кичились тем, что, говоря по-русски, заикаются по-французски, что они умеют говорить по-русски лишь с французским акцентом». Это они травили всё русское в литературе, культуре, науке, в военном деле, технике, быту.

Ну, вот свершилась Великая Октябрьская социалистическая революция, которую А.И. Субетто предлагает считать Великой Русской социалистической революцией.  Но, к сожалению, несмотря на ленинскую политику бережного отношения к культуре и истории русского и других народов страны к ним до 1930 годов преобладало уничижительное отношение. Они считались второсортными, зачастую даже реакционными в сравнении с западной. Определять политику в культуре активно стали русофобы Троцкий и Бухарин, сторонники мировой революции. Образцом пролетарской литературы назывались творения одесско-екатеринославской школы, местечковые литераторы Бабель, Багрицкий возводились в ранг великих русских писателей.

 В то же время шельмовались великие произведения русской классической литературы, в которой, по мнению В.В. Розанова, слово было доведено до истины, подвергались гонениям вплоть до физического уничтожения как самобытные «новокрестьянские», так и пролетарские русские литераторы. Разгрому подверглась русская историческая школа. Готовили перевод русского языка на латиницу и даже замены его эсперанто, как языка международного общения.

В начале 1930-х годов Компартия во главе с И.В. Сталиным прекратил этот разгул западноевропейского умственного ига с местечковым душком, но посеянные плевелы преклонения перед западной культурой дали всходы после Великой победы в виде космополитизма.

 Однако, встречи И.В. Сталина с писателями и философами в 1946 году, постановления ЦК ВКП(б) по вопросам литературы и искусства, доклады А.А. Жданова на собраниях партактива и писателей в Ленинграде, а также его выступление на философской дискуссии 1947 года «означали признание глубинных, многовековых национальных корней русского самосознания», а также «канонизировали» процесс «разоблачения и полного преодоления всяких проявлений космополитизма и низкопоклонства перед реакционной культурой буржуазного Запада».

Не отрицаю, что указанные постановления ЦК ВКП(б) и особенно доклады А.А. Жданова содержали резкие и, возможно, в чём-то ошибочные обвинения, но они в чрезвычайно опасный период жизни Советской страны перед угрозой ядерной бомбардировки не позволили заразить советский народ упадническими настроениями. В эти годы, также, как и в 1930 годы, было возрождение национальной гордости народов Советского Союза.

Но всё изменилось после печально знаменитого «исторического» XX съезда КПСС, когда вновь началось наступление западной масс-культуры, и которое с новой силой разрослось после не менее печально знаменитого «исторического» XXII съезда КПСС. Кстати, решения их в отношении Сталина недавно, наконец-то, XIX съездом КПРФ признаны ошибочными и деструктивными.

О том как в послесталинский период с молчаливого согласия, а иногда и при поддержке идеологических отделов ЦК КПСС и КГБ СССР шла борьба с русской культурой, или в терминологии Андропова с русистами, ваш покорный слуга писал не единожды в статьях по русскому вопросу, которые опубликованы на сайтах Русского Лада, РУСО, Москва-город Солнца и в брошюрах.

К тому же очень хорошо эта тема изложена в многочисленных статьях С.Ю. Куняева, а также в романах «И чего же ты хочешь?» Всеволода Кочетова и «Бермудский треугольник» Юрия Бондарева. Кто-то скажет – это художественные произведения, и в них вымысел. Но вспомните, в народе издревле говорят: «Сказка – ложь, да в ней намёк – добрым молодцам урок». В них очень хорошо показано, что за люди доброй воли, как их называли тогда, приезжали к нам с Запада с улыбкой на лице и ножом за пазухой, а наши недотёпы с верхним образованием тщательно им внимали и пополняли ряды «пятой колонны» — разрушителей социалистического общества.

Не плохо бы вспомнить, как в годы катастройки звучал призыв в духе Остапа Бендера: «Заграница на поможет!» Помогла? Помогла себе за счёт разграбления народного богатства стран социализма и отодвинула свой кризис до 2008 года. Ну а у нас реформами по-западному разрушены обрабатывающая, лёгкая и пищевая промышленность, сельское хозяйство, уничтожены научно-исследовательские и опытно-конструкторские учреждения и производства, страна лишилась продовольственной безопасности. Капиталы, созданные трудом рабочего класса, крестьянства, технической интеллигенции широким потоком текут в офшоры и работают на зарубежную экономику, в том числе и враждебную к нам.

Но самое страшное: удар нанесён по качеству человека – разрушена советская система образования, идёт дебилизация молодого поколения, растят «зумеров», развалу подверглась система здравоохранения, идёт вымирание русского населения, падение рождаемости. Люди русские, куда мы идём?

Директор Центра исследований социализма с китайской спецификой, Университет Цинхуа из Пекина Ван Вэньгэ пишет: «Россия — уникальная страна с особой историей и культурой, и её путь к социализму не может быть простой копией чьих-то рецептов». И он вполне прав. От себя добавлю, что вообще её путь не может идти по рецептам индивидуалистического общества, поскольку она расположена в самой холодной части планеты (А. Паршев). Поэтому она имеет многовековой опыт развития как общество коллективистского типа, что наиболее приемлемо для воспроизводства общественной жизни в её природно-климатических условиях.

Думается, левой оппозиции следовало бы обратить внимание на опыт пращуров, в борьбе за свою самобытность, ибо без опоры на русскость в начавшейся смертельной битве Запада на истребление Русского мира, о чём неоднократно предупреждает руководство КПРФ, выстоять практически невозможно. Давно уже пора понять, как пишет А.И. Фурсов, что «России и русским, судя по всему, уготовано «окончательное решение» нашего вопроса – и само по себе, и потому, что с его помощью хозяева мировой игры попытаются продлить жизнь (умирание) собственной системы и устранить русских как единственный народ, как единственную цивилизацию, которая способна противопоставить им собственный вариант будущего, причём не локально-регионального, как китайцы, индийцы или даже мусульмане, а универсально-мировой».

Иван Стефанович Бортников,
публицист, Институт русской мысли,
г. Ленинград, май 2026 года